W
warning
Guest
Правоохранители начали расследование по факту преступлений, совершенных коллаборационистами во время Великой Отечественной войны в концлагере «Красный», располагавшемся в пригороде Симферополя. До вступления в силу нового Уголовно-процессуального Кодекса на заявления о преступлениях, не имеющих срока давности, силовики присылали отписки. Как следует из уведомления, отправленного следственным отделом крымского главка СБУ в ответ на письмо общественного активиста Анатолия Лося, в соответствии с нормами нового УПК, его заявление о преступлениях, совершенных «неустановленными лицами крымско-татарской национальности», внесено в Единый реестр досудебных расследований и направлено милиции. Таким образом, в соответствии с нормами нового УПК, начато досудебное расследование. «В следственный отдел Главного управления СБ Украины в АР Крым из Ялтинского ГУ ГУМВД Украины в АР Крым поступило заявление гражданина Лось А.М. от 26.11.2012 о совершении неустановленными лицами крымско-татарской национальности в период Великой отечественной войны преступлений, предусмотренных ст.ст.115? 127 и 260 УК Украины, досудебное расследование по которым согласно ст.216 УПК Украины отнесено к компетенции органов внутренних дел Украины», говорится в письме. Стоит отметить, что это не первая попытка инициировать расследование по поводу зверств, происходивших в концлагере, функционировавшем на территории совхоза «Красный» во времена фашистской оккупации Крымского полуострова. В частности, в начале сентября пророссийский активист Геннадий Сивак подал жалобу в Киевский районный суд Симферополя на постановление СБУ об отказе в возбуждении уголовного дела по факту преступлений крымско-татарских коллаборационистов, не имеющих срока давности.
На заявление о преступлении Сивак до этого получил ответ из СБУ о том, что он не указал в своем письме имена преступников. «Таким образом, в материалах заявления отсутствуют фактические данные, свидетельствующие о совершении указанных деяний какими-либо конкретными лицами», резюмировали сотрудники Службы безопасности.
Сам Сивак, комментируя отказ, сказал, что если следовать логике СБУ, после квартирной кражи каждый потерпевший в заявлении должен указать на конкретных лиц, совершивших её, иначе уголовное дело возбуждено не будет. Действовавший на территории совхоза «Красный» в 1942-1944 годах концентрационный лагерь был крупнейшим фашистским концлагерем времён Великой Отечественной войны и приравнен к уровню Освенцима и Дахау. По свидетельствам очевидцев и историков, немцев в лагере было всего четверо комендант, переводчик, врач и интендант. Отличительная особенность лагеря была такова, что он охранялся крымско-татарскими добровольцами из 152-го батальона вспомогательной полиции СД «Shuma», которых начальник лагеря (обершарфюрер СС Шпекман) привлекал для выполнения «самой грязной работы». Фашисты периодически пригоняли сюда группы заключенных численностью от 400 до 2000 человек и уничтожали их. За 2,5 года в нем было уничтожено около 15 тыс человек (по последним, 2010 года, сведениям работников Архива ГУ СБУ в АРК). Военнослужащие батальонов "Шума" были отделены от сослуживцев полиции, 1 июля 1941г. по распоряжению Гиммлера и поручению шефа полиции порядка Курта Далюге решено, что каждый вояк охранных батальонов будет называться "шуцман", т.е. охранник. В лагере практиковались расстрелы мелких групп заключенных 3-5 человек, массовые расстрелы от 80 до 150 человек, а за один день 27 октября 1943 было уничтожено около 1500 человек. Так же в "Красном" была впервые испытан и применялся автомобиль-душегубка. Тела убитых сжигали на двух открытых площадках в 2 км от лагеря. Охрана лагеря отличалась особо «творческим» подходом к вопросу уничтожения заключенных. В частности, матерей с детьми не раз топили в ямах с фекалиями, вырытых под лагерными туалетами. Для экономии боезапаса убивали ударами по голове прикладами и камнями. Также практиковалось массовое сожжение: живых людей, связанных колючей проволокой, складывали в несколько ярусов штабелями, обливали бензином и поджигали. Очевидцы утверждают, что «больше всего везло тем, кто лежал снизу» они задыхались под весом человеческих тел еще до казни. Перед освобождением лагеря советскими войсками в ночь на 12 апреля 1944 года оставшиеся заключенные узники около 2000 тыс. человек были скинуты в глубокие колодцы и лишь небольшая их часть была расстреляна а остальные фактически были погребены заживо. Всего на территории лагеря обнаружено 2 крематорные площадки, свыше 20 ям, наполненных трупами и 9 колодцев с телами. Три этих колодца не вскрыты до настоящего времени.
Сейчас территория бывшего концлагеря занята самозахватами. В пятидесяти метрах от братской могилы узников крымской «фабрики смерти» год назад члены мусульманской религиозной организации «Авдет» начали незаконное строительство мечети, которое на данный момент остановлено. После субботника дочь легендарной крымской разведчицы Людмилы Скрипниченко Галина, мать которой вошла в советскую историю под позывным «Лесная» рассказала: «Судя по всему, отец дрался. Бабушка была на опознании и рассказывала, что в одной руке у него был клок рыжих волос, а в другой палка. В отличие от других убитых, которых подняли на поверхность при эксгумации, его убили выстрелом в лицо, а не в затылок, как это было с другими узниками. Ночь перед освобождением города стала для него последней. Сразу после освобождения города эти расстрельные ямы и колодцы начали вскрывать, симферопольцы приходили искать родственников, на опознание. Мы были еще маленькими, сюда пришла наша бабушка. Она рассказывала, как добровольцы-татары показывали границы братских могил, но все ямы так и не смогли обнаружить. Хоронили тоже наспех, боялись эпидемий», рассказала Галина Александровна. Сейчас самозахваты наступают на расстрельный колодец, где погибли тысячи советских патриотов и мирных жителей двухэтажные дома всего в двадцати метрах от могилы разведчицы «Лесной». Участники самозахватов стремятся расположиться вплотную к недавно проложенной симферопольской объездной дороге, рассчитывая организовать придорожный бизнес или попросту выгодно продать перспективные земельные участки. «Я не знаю, как так можно! Мы должны сделать все, чтобы сохранить память об этих людях, хотя бы не тревожить их прах», сказала по этому поводу Галина Скрипниченко.
http://mirnoe.com/154-sozdanie-memorialnog...ogo-rayona.html
На заявление о преступлении Сивак до этого получил ответ из СБУ о том, что он не указал в своем письме имена преступников. «Таким образом, в материалах заявления отсутствуют фактические данные, свидетельствующие о совершении указанных деяний какими-либо конкретными лицами», резюмировали сотрудники Службы безопасности.
Сам Сивак, комментируя отказ, сказал, что если следовать логике СБУ, после квартирной кражи каждый потерпевший в заявлении должен указать на конкретных лиц, совершивших её, иначе уголовное дело возбуждено не будет. Действовавший на территории совхоза «Красный» в 1942-1944 годах концентрационный лагерь был крупнейшим фашистским концлагерем времён Великой Отечественной войны и приравнен к уровню Освенцима и Дахау. По свидетельствам очевидцев и историков, немцев в лагере было всего четверо комендант, переводчик, врач и интендант. Отличительная особенность лагеря была такова, что он охранялся крымско-татарскими добровольцами из 152-го батальона вспомогательной полиции СД «Shuma», которых начальник лагеря (обершарфюрер СС Шпекман) привлекал для выполнения «самой грязной работы». Фашисты периодически пригоняли сюда группы заключенных численностью от 400 до 2000 человек и уничтожали их. За 2,5 года в нем было уничтожено около 15 тыс человек (по последним, 2010 года, сведениям работников Архива ГУ СБУ в АРК). Военнослужащие батальонов "Шума" были отделены от сослуживцев полиции, 1 июля 1941г. по распоряжению Гиммлера и поручению шефа полиции порядка Курта Далюге решено, что каждый вояк охранных батальонов будет называться "шуцман", т.е. охранник. В лагере практиковались расстрелы мелких групп заключенных 3-5 человек, массовые расстрелы от 80 до 150 человек, а за один день 27 октября 1943 было уничтожено около 1500 человек. Так же в "Красном" была впервые испытан и применялся автомобиль-душегубка. Тела убитых сжигали на двух открытых площадках в 2 км от лагеря. Охрана лагеря отличалась особо «творческим» подходом к вопросу уничтожения заключенных. В частности, матерей с детьми не раз топили в ямах с фекалиями, вырытых под лагерными туалетами. Для экономии боезапаса убивали ударами по голове прикладами и камнями. Также практиковалось массовое сожжение: живых людей, связанных колючей проволокой, складывали в несколько ярусов штабелями, обливали бензином и поджигали. Очевидцы утверждают, что «больше всего везло тем, кто лежал снизу» они задыхались под весом человеческих тел еще до казни. Перед освобождением лагеря советскими войсками в ночь на 12 апреля 1944 года оставшиеся заключенные узники около 2000 тыс. человек были скинуты в глубокие колодцы и лишь небольшая их часть была расстреляна а остальные фактически были погребены заживо. Всего на территории лагеря обнаружено 2 крематорные площадки, свыше 20 ям, наполненных трупами и 9 колодцев с телами. Три этих колодца не вскрыты до настоящего времени.
Сейчас территория бывшего концлагеря занята самозахватами. В пятидесяти метрах от братской могилы узников крымской «фабрики смерти» год назад члены мусульманской религиозной организации «Авдет» начали незаконное строительство мечети, которое на данный момент остановлено. После субботника дочь легендарной крымской разведчицы Людмилы Скрипниченко Галина, мать которой вошла в советскую историю под позывным «Лесная» рассказала: «Судя по всему, отец дрался. Бабушка была на опознании и рассказывала, что в одной руке у него был клок рыжих волос, а в другой палка. В отличие от других убитых, которых подняли на поверхность при эксгумации, его убили выстрелом в лицо, а не в затылок, как это было с другими узниками. Ночь перед освобождением города стала для него последней. Сразу после освобождения города эти расстрельные ямы и колодцы начали вскрывать, симферопольцы приходили искать родственников, на опознание. Мы были еще маленькими, сюда пришла наша бабушка. Она рассказывала, как добровольцы-татары показывали границы братских могил, но все ямы так и не смогли обнаружить. Хоронили тоже наспех, боялись эпидемий», рассказала Галина Александровна. Сейчас самозахваты наступают на расстрельный колодец, где погибли тысячи советских патриотов и мирных жителей двухэтажные дома всего в двадцати метрах от могилы разведчицы «Лесной». Участники самозахватов стремятся расположиться вплотную к недавно проложенной симферопольской объездной дороге, рассчитывая организовать придорожный бизнес или попросту выгодно продать перспективные земельные участки. «Я не знаю, как так можно! Мы должны сделать все, чтобы сохранить память об этих людях, хотя бы не тревожить их прах», сказала по этому поводу Галина Скрипниченко.
http://mirnoe.com/154-sozdanie-memorialnog...ogo-rayona.html
