Вытоптали поле, засевая небо... | Страница 2 | Крымский форум

Вытоптали поле, засевая небо...

  • Добро пожаловать на форум! Рады видеть вас здесь! Зарегистрируйтесь или Войдите в аккаунт, чтобы иметь полный доступ к площадке!
Я пережил свои желанья,
Я разлюбил свои мечты;
Остались мне одни страданья,
Плоды сердечной пустоты.

Под бурями судьбы жестокой
Увял цветущий мой венец
Живу печальный, одинокой,
И жду: придет ли мой конец?

Так, поздним хладом пораженный,
Как бури слышен зимний свист,
Один на ветке обнаженной
Трепещет запоздалый лист!..

А.С. Пушкин
 
Подвиг разведчика.

В рабочий полдень я проснулся, стоя.
Опять матрац попутал со стеной.
Я в одиночку вышел из запоя,
Но - вот те на! - сегодня выходной.

И время шло не шатко и не валко.
Горел на кухне ливерный пирог.
Скрипел мирок хрущевки-коммуналки,
И шлепанцы мурлыкали у ног.

Сосед Бурштейн стыдливо бил соседку.
Мы с ней ему наставила рога.
Я здесь ни с кем бы не пошел в разведку,
Мне не с кем выйти в логово врага.

Один сварил себе стальные двери.
Другой стишки кропает до утра.
Я - одинок. Я никому не верю.
Да, впрочем, видит Бог, невелика потеря
Весь ихний брат и ихняя сестра.

Экран, а в нем с утра звенят коньки...
В хоккей играют настоящие мужчины.
По радио поют, что нет причины для тоски,
И в этом ее главная причина.

В "Труде" сенсационная заметка
О том, что до сих пор шумит тайга.
А мне до боли хочется в разведку,
Уйти и не вернуться в эту клетку
Уйти - в чем есть - в глубокий тыл врага.

Из братских стран мне сообщает пресса:
Поляки оправляются от стресса.
Прижат к ногтю вредитель Лех Валенса,
Мечтавший всю Варшаву отравить.

Да, не все еще врубились в суть прогресса
И в трех соснах порой не видят леса.
Бряцает амуницией агрессор,
Но ТАСС уполномочен заявить:

"Тяжелый смог окутал Вашингтон.
Невесело живется без работы
В хваленых джунглях каменной свободы,
Где правит ЦРУ и Пентагон.

Среди капиталистов наших стран
Растет угар военного психоза.
Они пугают красною угрозой
Обманутых рабочих и крестьян.

А Рейган - вор, ковбой и педераст -
Поставил мир на ядерную карту."
Тревожно мне. Кусаю свой матрац.
Дрожу, как СС-20 перед стартом.

Окончился хоккей. Пошли стрекозы.
А по второй насилуют кларнет.
Да как же можно ? Ведь висит угроза!
И ничего страшней угрозы нет!

Да, вовремя я вышел из запоя...
Не отдадим родимой Костромы!
Любимый город может спать спокойно
И мирно зеленеть среди зимы.

Буденовку напялю на затылок.
Да я ль не патриот, хотя и пью?
В фонд мира сдам мешок пустых бутылок
И из матраца парашют скрою.

Возьму аванс. Куплю себе билет
На первый рейс до Западной Европы.
В квадрате Гамбурга - пардон, я в туалет! -
Рвану кольцо и размотаю стропы.

Пройду, как рысь, от Альп и до Онеги
Тропою партизанских автострад.
Все под откос - трамваи и телеги.
Не забывайте, падлы, Сталинград!

Пересчитаю все штыки и пушки.
Пускай раскрыт мой корешок-связной -
Я по-пластунски обхожу ловушки
И выхожу в эфир любой ценой.

Я - щит и меч родной Страны Советов!
Пока меня успеют обложить -
Переломаю крылья всем ракетам,
Чтоб на Большую землю доложить:

Мол, вышел пролетарский кукиш Бонну.
Скажите маме - НАТО на хвосте!
Ваш сын дерется до последнего патрона
На вражьей безымянной высоте.
Хочу с гранатой прыгнуть под колеса,
Но знамя части проглотить успеть.
Потом молчать на пытках и допросах,
А перед смертью - про Катюшу спеть.

Бодун крепчал. Пора принять таблетку.
В ушах пищал секретный позывной.
По выходным так хочется в разведку.
Айда, ребята! кто из вас со мной?

А. Башлачев
 
НЕТ ВЕТРА; НЕТ ТРАВЫ; есть ветер-пробегающий-по-траве или трава-клонящаяся-под-ветром, и это одно и то же. Есть волнение линий, сливающееся с облаком красок. Жук видит это по-другому. На костре страданий горит человек, раскалывающий мир на куски своим дуалистичным мышлением. Он думал его так проглотить, но не вместил желудок, и вот он стоит посреди пережеванного мира, гнусно ощущая себя объектом среди объектов, а ветер-пробегает-по-траве (или вентилятор-дует-на-занавески)...
А кто зажигает этот костер страданий? Ну-ка, ребята, хором:
МЕНЯ ТАК ВОСПИТАЛИ!
Молодцы!

Д. Соколов
 
Silentium!

Молчи, скрывайся и таи
И чувства и мечты свои
Пускай в душевной глубине
Встают и заходят оне
Безмолвно, как звезды в ночи,
Любуйся ими и молчи.
Как сердцу высказать себя?
Другому как понять тебя?
Поймет ли он, чем ты живешь?
Мысль изреченная есть ложь.
Взрывая, возмутишь ключи,
Питайся ими и молчи.
Лишь жить в себе самом умей
Есть целый мир в душе твоей
Таинственно-волшебных дум;
Их оглушит наружный шум,
Дневные разгонят лучи,
Внимай их пенью и молчи!..

Ф.И. Тютчев
 
Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться Богу,
И долго перед вечером бродить,
Чтоб утомить ненужную тревогу.

Когда шуршат в овраге лопухи
И никнет гроздь рябины желто-красной,
Слагаю я веселые стихи
О жизни тленной, тленной и прекрасной.

Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь
Пушистый кот, мурлыкает умильней,
И яркий загорается огонь
На башенке озерной лесопильни.

Лишь изредка прорезывает тишь
Крик аиста, слетевшего на крышу.
И если в дверь мою ты постучишь,
Мне кажется, я даже не услышу.

А. Ахматова
 
Когда ты догадаешься, что взрослые похожи друг на друга, а тебе дано не больше чем им, очень захочется спрятаться в старую дедову шляпу... В огромном велюровом пальто, в талой апрельской луже, руки в карманах, по заходящему на прищуренных веках бледному весеннему солнцу...И послать эту жизнь к черту ?!... Вспомни меня: не делай ни того, ни иного. Не делай вообще ничего из того, что уже разочаровало твоих близких. Ибо все что ими создано, ими же и разрушено...
И ещё: там, в апрельской луже, собрав все свои силенки, вытащи из мною сказанного два слова: " всё", и "ничего" И сложив их вместе, шепни себе на дорожку - "Всёничего"...

О. Уайльд
 
Ванюша

Как ходил Ванюша бережком вдоль синей речки
Как водил Ванюша солнышко на золотой уздечке

душа гуляла
душа летела
душа гуляла
в рубашке белой
да в чистом поле
все прямо прямо,
и колокольчик
был выше храма
да в чистом поле
да с песней звонкой.

Но капля крови на нитке тонкой уже сияла,
уже блестела, спасая душу, врезалась в тело.
Гулял Ванюша вдоль синей речки

и над обрывом
раскинул руки
то ли для объятия
то ли для распятия

Как несло Ванюху солнце на серебряных подковах
И от каждого копыта по дороге разбегалось
двадцать пять рублей целковых.
Душа гуляет! Душа гуляет!

Да что есть духу пока не ляжешь,
Гуляй Ванюха! Идешь ты, пляшешь!

Гуляй, собака, живой покуда!
Из песни - в драку! От драки - к чуду!

Кто жив тот знает - такое дело!
Душа гуляет и носит тело.

Водись с любовью! Любовь, Ванюха,
Не переводят единым духом.

Возьмет за горло - и пой, как сможешь,
Как сам на душу свою положишь.

Она приносит огня и хлеба,
Когда ты рубишь дорогу к небу.

Оно в охотку. Гори, работа!
Да будет водка горька от пота!

Шальное сердце руби в окрошку!
Рассыпь, гармошка!
Скользи, дорожка!
Рассыпь, гармошка!

Да к плясу ноги! А кровь играет!
Душа дороги не разбирает.

Через сугробы, через ухабы...
Молитесь, девки. Ложитесь, бабы.

Ложись, кобылы! Умри старуха!
В Ванюхе силы! Гуляй, Ванюха!

Танцуй от печки! Ходи в присядку!
Рвани уздечки! И душу - в пятку.

Кто жив, тот знает. Такое дело.
Душа гуляет. Заносит тело.

Ты, Ванюша, пей да слушай -
Однова теперь живем.
Непрописанную душу
Одним махом оторвем.

Хошь в ад, хошь - в рай!
Куда хочешь - выбирай.
Да нету рая, нету ада.
Никуда теперь не надо.

Вот так штука! Вот так номер!
Дата, подпись и печать.
И живи пока не помер.
По закону отвечать.

Мы с душою нынче врозь.
Пережиток, вопчем.
Оторви ее да брось -
Ножками потопчем.

Нету мотива без коллектива.
А какой коллектив -
Такой выходит и мотив.

Ох, держи, а то помру
В остроте момента!
В церкву едут по утру
Все интеллигенты.

Были - к дьякону, к попу ли,
Интересовалися.
Сине небо вниз тянули.
Тьфу ты! Надорвалися...

Душу брось да растопчи.
Мы слюною плюнем.
А заместо той свечи
Кочергу засунем.

А Ванюше припасла
Снега на закуску я.
Сорок градусов тепла
Греют душу русскую.

Не сестра да не жена
Да вепная отдушина
Не сестра да не жена
Да верная отдушина.

Как весь вечер дожидалося Ивана у трактира красно солнце
Колотило снег копытом и летели во все стороны червонцы

Душа в загуле.
Да вся узлами.
Да вы ж задули
Святое пламя!
Какая темень.

Тут где-то вроде душа гуляет?
Да кровью бродит. Умом петляет.

Чего-то душно. Чего-то тошно.
Чего-то скушно. И всем тревожно.

Оно тревожно и страшно, братцы!
Да невозможно приподыматься.

Да, может, Ванька чего сваляет?
А ну-ка, Ванька! Душа гуляет!

Рвани, Ванюша! Чего не в духе?
Какие лужи? Причем тут мухи?

Не лезьте в душу! Катитесь к черту!
Гляди-ка, гордый! А кто по счету?

С вас аккуратом... - Ох, темнотища!
С вас аккуратом выходит тыща!

А он рукою за телогрейку...
А за душою - да ни копейки!

Вот то-то вони из грязной плоти:
- Он в водке тонет, а сам не плотит!

И навалились, и рвут рубаху,
И рвут рубаху, и бьют с размаху.

И воют глухо. Литые плечи.
Держись, Ванюха, они калечат!

- Разбили рожу мою хмельную?
Убейте душу мою больную!

Вот вы сопели, вертели клювом?
Да вы не спели. А я спою вам!

...А как ходил Ванюша бережком
...вдоль синей речки!
...А как водил Ванюша солнышко
...на золотой уздечке!

Да захлебнулся. Пошла отрава.
Подняли тело. Снесли в канаву.

С утра - обида. И кашель с кровью.
И панихида у изголовья.

И мне на ухо шепнули:
- Слышал?
Гулял Ванюха...
Ходил Ванюха, да весь и вышел.

Без шапки к двери.
- Да что ты, Ванька?
Да я не верю!
Эх, Ванька - встань-ка!

И тихо встанет печаль немая
Не видя звезды горят, костры ли.
И отряхнется, не понимая,
Не понимая, зачем зарыли.
Пройдет вдоль речки
Да темным лесом
Да темным лесом,
Поковыляет,
Из лесу выйдет
И там увидит,
Как в чистом поле душа гуляет,
Как в лунном поле душа гуляет,
Как в снежном поле душа гуляет...

А. Башлачев
 
Я был, я буду и я есть.
Я - жизнь, страданье и я - месть.
Я - смерть, я - слезы и я - смех.
Я - страсть, любовь и я же - грех.
Я - дым, я - боль, я страх и злость.
Я - небо, я - земля, душа и кость.
Я - лживость льда, коварство рек.
Я - жар огня.
Я - человек
 
Чужой, чужой торговцам и бандитам,
Издателям - хозяевам журналов,
Соседу - алкашу, сестре и брату,
И прошлому... А будущего нет.
Круг ограничен садом - восемь соток,
Да старым домом с лестницей скрипучей
И продувной скворешней чердака,
Где я пишу ненужное и злое
Без веры, без надежды, без любви,
И только стыд румянцем проступает
На серых провалившихся щеках.
Один, один беспамятный и слабый
В кольце сырых деревьев и бурьяна,
Где лишь собака, кошки и ежи -
Невольные свидетели паденья
Иль медленного спуска - в никуда.
Так я живу, почти не видя света:
Встаю под вечер, засыпаю утром,
Чтоб снова думать и в тоске мотаться
По лестнице скрипучей вверх и вниз,
По гравиевой дорожке до сарая
И до калитки, запертой неделю
Тому назад... Какая безнадега!
Беда, беда!.. И некуда бежать,
И хочется забыться, задохнуться
Во сне, чтоб никогда не пробудиться...
Да только ночи, ночи полнолуний
Не отпускают душу на покой
И мучают...

Игорь Жданов
1995.
 
Notsaint
Цитата
Я - человек

в эту же тему, сегодня в такси села под какую-то песню, запомнился конец:
что-то вроде: "мне повезло, я человек, я живу на земле и в единственном числе..."

Зимний сон
Автор музыки: Смелин Алексей Николаевич

Ночь напролет мела метель,
и холодна была постель,
и дверь на скрипочках петель
играла плохо.
Мне снилась музыка вдали, -
так иногда календари,
сжимая цифры до зари,
хранят эпоху.

И снилось мне, как холодна
река, промерзшая до дна,
течет вне времени одна,
не принимая
в свою высокую игру
нас, обтекаемых к утру,
привыкших к пуху и перу,
к любви карманной.

Как будто там, на дне реки,
на расстоянии руки,
лежат, на вид невелики,
цветные камни, -
предохранители времен
от злых и замкнутых племен,
от соли чисел и имен
на нежной ткани.

Когда теряется звезда,
век выпадает из гнезда,
и и разрывает провода
разумной речи, -
а камни те меняют цвет,
и мир ломается в ответ,
и человеку места нет
под небом млечным.

А мы с тобой идем по льду,
как в том единственном году,
держась за каждую звезду
и друг за друга.
Я вам поведал зимний сон,
где каждый молод и влюблен,
где прерывала ход времён
ночная вьюга.
 
* * *
Брели мы разными путями:
Кто плыл, кто шел, кого везли,
Срывались, падали,
Локтями
В грязь упирались и ползли.
Любили девушек несмелых -
Сердца калили добела,
Любили женщин оголтелых
За их ухватки и тела.
Деньгу ковали, водку пили,
Не зная страха и узды,
На взлете души укротили,
Чтоб только не было беды...
Загнуться -
Как на свечку дунуть,
И будет так в конце концов
И не простить, а просто плюнуть
Свирепой вечности в лицо.
Игорь Жданов
1994 г.
 
НЕ ДАЙ БОГ ЖИТЬ В ЭПОХУ ПЕРЕМЕН

Не дай Бог жить в эпоху перемен,
Когда в смятенье мечутся народы,
Когда страна дает опасный крен
И семена дают иные всходы!

Когда не прочно то, что было до
И опереться не на кого в старость;
Когда церквей растущее число
В сердца людей уже не вносит радость;

Когда война без цели, без идей
За зря парней лишает права жизни,
И боль отцов и слезы матерей
Так чужды всем - и Богу и Отчизне
 
Я улыбаюсь-ты поешь,
Я плачу-ты рыдаешь,
Я убегаю-ты идешь,
Я улетаю-ты не догоняешь.
Сижу,смотрю на облака,
А ты рассматриваешь море,
Глотаю капельки дождя,
А ты пьешь ключевую воду.
Люблю,я так тебя люблю,
А ты и не узнаешь.
Прости,молю тебя прости,
А ты не оставляешь-
Надежды,веры и любви ни на минуту, ни на полминуты.
Люби,прошу тебя,люби
Как я люблю тебя-люблю тебя....навеки.
 
Жираф

Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд,
И руки особенно тонки, колени обняв.
Послушай: далеко, далеко, на озере Чад
Изысканный бродит жираф.

Ему грациозная стройность и нега дана,
И шкуру его украшает волшебный узор,
С которым равняться осмелится только луна,
Дробясь и качаясь на влаге широких озер.

Вдали он подобен цветным парусам корабля,
И бег его плавен, как радостный птичий полет.
Я знаю, что много чудесного видит земля,
Когда на закате он прячется в мраморный грот.

Я знаю веселые сказки таинственных стран
Про черную деву, про страсть молодого вождя,
Но ты слишком долго вдыхала тяжелый туман,
Ты верить не хочешь во что нибудь, кроме дождя.

И как я тебе расскажу про тропический сад,
Про стройные пальмы, про запах немыслимых трав
Ты плачешь? Послушай далеко, на озере Чад
Изысканный бродит жираф.

Николай Гумилев
 
Это было у моря

Это было у моря, где ажурная пена,
Где встречается редко городской экипаж...
Королева играла - в башне замка - Шопена,
И, внимая Шопену, полюбил ее паж.

Было все очень просто, было все очень мило:
Королева просила перерезать гранат,
И дала половину, и пажа истомила,
И пажа полюбила, вся в мотивах сонат.

А потом отдавалась, отдавалась грозово,
До восхода рабыней проспала госпожа...
Это было у моря, где волна бирюзова,
Где ажурная пена и соната пажа.

Игорь Северянин.
 
sstar
Удивительно, большое спасибо! Жираф - одно из любимейших стихотворений Н. Гумилева. Как хорошо, что Вы его сюда записали.

Как ветра осенние

Как ветра осенние подметали плаху
Солнце шло сторонкою, да время - стороной
И хотел я жить, да умирал да сослепу, со страху,
Потому, что я не знал, что ты со мной.

Как ветра осенние заметали небо,
Плакали, тревожили облака.
Я не знал, как жить, ведь я еще не выпек хлеба,
А на губах не сохла капля молока.

Как ветра осенние да подули ближе.
Закружили голову - и ну давай кружить.
Ой-oй-oй, да я сумел бы выжить,
Если бы не было такой простой работы - жить.

Как ветры осенние жали - не жалели рожь.
Ведь тебя посеяли, чтоб ты пригодился.
Ведь совсем неважно, от чего помрешь,
Ведь куда важнее, для чего родился.

Как ветра осенние черной птицей голосили:
"А ты откуда взялся, богатырь-снегирь?"
Я хотел бы жить, жить и умереть в России,
Если б не было такой страны - Сибирь.

Как ветра осенние уносят мое семя.
Листья воскресения да с весточки - весны.
Я хочу дожить, хочу увидеть время,
Когда эти песни станут не нужны.

А. Башлачев.
 
Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века
Всё будет так. Исхода нет.

Умрешь начнешь опять сначала
И повторится всё, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.

А.Блок "Из пляски смерти".
 
К женщине снисходителен будь!
Она, из кривого ребра возникая,
Не получилась у бога прямая:
Ломается, чуть начнёшь её гнуть.

Не тронешь - совсем икривится, и точка!
Да, братец Адам, дал нам бог ангелочка!
К женщине снисходителен будь.
Ребро не ломай и не гни - в этом суть.

Иоганн Вольфганг Гёте
 
Скифы

Панмонголизм! Хоть имя дико,
Но мне ласкает слух оно.
Владимир Соловьев


Мильоны вас. Нас тьмы, и тьмы, и тьмы.
Попробуйте, сразитесь с нами!
Да, скифы мы! Да, азиаты мы,
С раскосыми и жадными очами!

Для вас века, для нас единый час.
Мы, как послушные холопы,
Держали щит меж двух враждебных рас
Монголов и Европы!

Века, века ваш старый горн ковал
И заглушал грома лавины,
И дикой сказкой был для вас провал
И Лиссабона, и Мессины!

Вы сотни лет глядели на Восток,
Копя и плавя наши перлы,
И вы, глумясь, считали только срок,
Когда наставить пушек жерла!

Вот срок настал. Крылами бьет беда,
И каждый день обиды множит,
И день придет не будет и следа
От ваших Пестумов, быть может!

О старый мир! Пока ты не погиб,
Пока томишься мукой сладкой,
Остановись, премудрый, как Эдип,
Пред Сфинксом с древнею загадкой!

Россия Сфинкс! Ликуя и скорбя,
И обливаясь черной кровью,
Она глядит, глядит, глядит в тебя
И с ненавистью, и с любовью!..

Да, так любить, как любит наша кровь,
Никто из вас давно не любит!
Забыли вы, что в мире есть любовь,
Которая и жжет, и губит!

Мы любим всё и жар холодных числ,
И дар божественных видений,
Нам внятно всё и острый галльский смысл,
И сумрачный германский гений

Мы помним всё парижских улиц ад,
И венецьянские прохлады,
Лимонных рощ далекий аромат,
И Кельна дымные громады

Мы любим плоть и вкус ее, и цвет,
И душный, смертный плоти запах
Виновны ль мы, коль хрустнет ваш скелет
В тяжелых, нежных наших лапах?

Привыкли мы, хватая под уздцы
Играющих коней ретивых,
Ломать коням тяжелые крестцы
И усмирять рабынь строптивых

Придите к нам! От ужасов войны
Придите в мирные объятья!
Пока не поздно старый меч в ножны,
Товарищи! Мы станем братья!

А если нет нам нечего терять,
И нам доступно вероломство!
Века, века вас будет проклинать
Больное позднее потомство!

Мы широко по дебрям и лесам
Перед Европою пригожей
Расступимся! Мы обернемся к вам
Своею азиатской рожей!

Идите все, идите на Урал!
Мы очищаем место бою
Стальных машин, где дышит интеграл,
С монгольской дикою ордою!

Но сами мы отныне вам не щит,
Отныне в бой не вступим сами,
Мы поглядим, как смертный бой кипит,
Своими узкими глазами.

Не сдвинемся, когда свирепый гунн
В карманах трупов будет шарить,
Жечь города, и в церковь гнать табун,
И мясо белых братьев жарить!..

В последний раз опомнись, старый мир!
На братский пир труда и мира,
В последний раз на светлый братский пир
Сзывает варварская лира!

А.Блок.
 
Осень

Ночь плюет на стекло черным.
Лето. Лето прошло. Черт с ним.
Сны из сукна.
Под суровой шинелью спит Северная страна.
Но где ты, весна?
Чем ты сейчас больна?

Осень. Ягоды губ с ядом.
Осень. Твой похотливый труп рядом.
Все мои песни июня и августа
Осенью сожжены.
Она так ревнива в роли моей жены.

Мокрый табак. Кашель.
Небо как эмалированный бак с манной кашей.
И по утрам прям надо мной
Капает ржавый гной.
Видно, Господь тоже шалил весной.

Время бросать гнезда.
Время менять звезды.
Но листья, мечтая лететь рядом с птицами,
Падают только вниз.
В каждом дворе осень дает стриптиз.

Кони мечтают о быстрых санях.
Надоела телега.
Поле - о чистых, простых простынях снега.
Кто смажет нам раны
И перебинтует нас?
Кто нам наложит швы?
Я знаю - зима в роли моей вдовы.

А. Башлачев.
 
Назад
Сверху